"Можно проиграть, а можно просрать" (Твиттер. Сурков)
взял тут
Таблички с надписью I need ticket, мелькавшие в Старом городе за несколько часов до матча, не должны были никого смущать. Стоило выйти на дорогу, ведущую к стадиону, как навстречу тебе высыпали люди, билетов в руках которых вполне хватало на то, чтобы усадить на Национальном несколько семей.
Их не смущало даже присутствие полиции – чем меньше времени оставалось до игры, тем острее было их желание обнаружить необилеченных горожан. Билеты отдавали, разумеется, не за номинал, но цены были вполне приемлемыми. В итоге Национальный был забит.
До матча греки не спешили массово проявлять себя – компании из трех-четырех человек бродили по Старому городу, фотографировались с российскими болельщиками и спокойно соглашались на финал Греция – Польша, когда брататься к ним подходили варшавяне.
На стадионе греков собралось тысячи три-четыре, не больше, и в этот вечер это были самые счастливые и свободные люди на свете.
***
Это позорное чувство (а какие еще испытывают в таких случаях?), но в эту минуту хотелось оказаться греком – нет, не потому что они вышли, а мы – нет.
Просто вслушайтесь в эти слова.
Гиоргос Карагунис, греческий бог Воли, рычал в микрофон:
– Вылетая из Афин, мы поклялись болельщикам, что сделаем все от нас зависящее, чтобы, несмотря на все сложности, с которыми столкнулась наша страна, выйти в плей-офф. Наши соотечественники живут дерьмово, но мы хотя бы подарили им улыбку. Мы заслужили выход в четвертьфинал, но важно и то, как мы этого добились – преодолевая столько препятствий. Все было против нас. Все судьи работали против нашей команды. У нас должно было быть семь очков, у нас отменили два гола и не дали пенальти. УЕФА должен посмотреть запись видео.
В Греции дичайший кризис – извините за подробность, но это заметно даже по манжетам Фернанду Сантуша. Греки, будто раненые звери, грызлись вслепую – кровь застилала глаза, но грызлись яростно.
– Все дело в жажде победы, – объяснял Карагунис. – После игры с Чехией мы вернулись в Варшаву и, услышав, что Россия сыграла вничью с Польшей, сразу поняли, что это наш шанс. Такая жажда – описывает наш характер.
***
После матча с поляками (на самом деле – еще раньше) все прекрасно понимали, что Жиркова не стоит заставлять играть в защите – толку от Юрия в атаке гораздо больше, что он и доказывал, каждый раз оказываясь на чужой половине поля. Адвокат закрыл на это глаза даже после того, как Жирков привез гол во втором матче подряд.
Для девяти тренеров из десяти самым очевидным маневром в перерыве стал бы перевод Жиркова ближе к атаке, Аршавина – под нападающего, а также замена одного из центральных хавбеков на защитника. Для Адвоката это оказалось слишком сложно.
Конечно, гораздо проще заменить одного нападающего на другого, затем выпустить еще более невнятного, и напоследок сдобрить все игроком, который необъяснимым образом обрел статус надежды страны.
– Это футбол, и такое случается, – удивлял в микст-зоне Марат Измайлов. – Случалось такое уже и с нашей сборной, нужно просто достойно пережить это и сделать выводы.
С выводами поспешил Сергей Фурсенко.
– Имя нового главного тренера мы назовем до окончания чемпионата, – невозмутимо заявил президент РФС, – Сегодня результат у нас, конечно, негативный.
Роман Широков решил не ввязываться в стратегическое планирование.
– Хотелось бы оказаться дома, – резюмировал полузащитник, – Если, конечно, болельщики не будут слишком рассержены.
К слову, к болельщикам никто так и не подошел.
***
Три момента, которые впились в память. Три маркера субботнего русского траура.
Кто-то из греков как ребенка обвел Жиркова, Юрий остановился и досмотрел за соперником, врывающимся во вратарскую, стоя.
Перед перерывом значительная часть болельщиков двинулась за хот-догами и сэндвичами. Карагунис забил, и оставшиеся на стадионе зашумели. На трибуны массово воврались те, кто отлучился раньше времени. Большинство из них были, конечно, россиянами. Люди мчались, будто мотыльки на свет, чтобы порадоваться. Увидев, в чем причина шума, болельщики резко изменились в лице, у кого-то стали подкашиваться ноги.
На стадионах Евро строго-настрого запрещено курение. Штрафуют сурово, настолько сурово, что люди боятся даже пачки доставать из карманов.
Так вот прозвучал финальный свисток, народ побрел к выходу со скоростью, с которой обычно несут гроб покойного.
На выходе мы увидели двух мужчин – один, потупив взгляд, курил, другой придерживал его за руку.
Было по-настоящему больно.
ПС.
Больно не от поражения, больно от бессилия нас с Вами, от безволия (отсутствия лидера) футболистов, тупости тренера, не компетенции и продажности тех кто этого тренера назначает.
От нежелания власть придержащих менять, руководителей РФС, которые уже назначают нового тренера и готовят нас к новым разочарованиям (сср).
